A Posteriori: препараты оригинальные, орфанные, генерики, биосимиляры, ОТС

A Posteriori: препараты оригинальные, орфанные, генерики, биосимиляры, ОТС

 8244

 A Posteriori: препараты оригинальные, орфанные, генерики, биосимиляры, ОТС
Сергей ДАВЫДОВ, частный бизнес-консультант, старший партнер Management Centre Europe (Практика фармацевтического бизнеса в России и СНГ)

Человек должен видеть вещи, как они есть, а не так, как он хочет их видеть.
Альберт Эйнштейн 

Представляем очередную публикацию из цикла статей об опыте фармацевтического бизнеса под общим названием «A Posteriori» (лат., буквально -- «из последующего») -- знание, полученное из опыта. В ней мы продолжим анализировать продукцию фармацевтических компаний (Давыдов С. A Posteriori: БАД и другие // Ремедиум. 2013. №10). На этот раз нашей темой станут оригинальные препараты и генерики, лекарства для лечения редких заболеваний и ОТС-продукция, биосимиляры.


 
Лучшие и уходящие

Начать, хотя и кратко, стоит с того, что является «золотым фондом» ЛС. «Примерный перечень основных ЛС ВОЗ -- 2011» -- это 350 препаратов, которые ВОЗ рекомендует в качестве лучших средств от основных нарушений здоровья (первый перечень был разработан в 1977 г.). В него включен, например, сульфат цинка 20 мг, который позволяет ежегодно спасать жизни 400 тыс. из 1,3 млн детей в возрасте до пяти лет, умирающих от диареи во всем мире. Список на английском есть на сайте ВОЗ (www.who.int/selection_medicines/list/ru).

Препарат еще из прошлого века -- аспирин. Ивовая кора помогает при лихорадке, что объясняется наличием в ней солей салициловой кислоты. В 1897 г. химик немецкого концерна Bayer Феликс Хоффман синтезировал ацетилсалициловую кислоту в химически чистой и устойчивой форме, а в 1899 г. была зарегистрирована торговая марка «Аспирин». В 1971 г. английский биохимик Джон Вейн расшифровал механизмы действия: аспирин угнетает синтез простагландинов, участвующих в воспалительных процессах, регуляции температуры и свертывании крови. За это открытие в 1982 г. он и двое его шведских коллег получили Нобелевскую премию. Аспирин обнаруживает новые и новые свойства и показания. Его кардиопротекторные свойства уже широко используются, а несколько лет назад было установлено, что аспирин может защищать от некоторых онкологических заболеваний, а также способствовать снижению уровня сахара в крови у больных диабетом. Под действием салицилатов (в них превращается аспирин в организме) в культурах эмбриональных почечных клеток активируется фермент АМФ-активируемая протеинкиназа (АМФК). Это, в свою очередь, приводит к снижению уровня сахара в крови, увеличивает синтез универсального «клеточного топлива» -- аденозинтрифосфата (АТФ), одновременно блокируя синтез жирных кислот и ускоряя их расщепление, но при этом стимулирует и аппетит. Этот пример показывает, что даже очень известный препарат может обладать и другими лечебными свойствами и быть зарегистрированным по новым показаниям. Конечно, к лучшим препаратам следует отнести инсулин (1901), сальварсан (1907) -- вероятно, первое в истории ЛС, созданное для решения конкретной задачи (лечение сифилиса), пенициллин (1940), вакцину против полиомиелита (1957) и мн. др., без которых лечение многих заболеваний было бы невозможным.

Наряду с появлением новых лекарств и открытием новых свойств известных препаратов, происходит и обратный процесс – уход ЛС. Или появляются более эффективные и безопасные препараты, или препараты теряют свои лечебные свойства. На данный момент врачи уже потеряли антибиотики первой линии. Вероятность смерти вследствие заражения резистентными патогенами в последнее время увеличилась примерно на 50%. В конечном счете, видимо, все бактерии станут резистентными в результате длительного и неразумного использования антибиотиков. Мир может войти в «постантибиотическую эру», что может сопровождаться удорожанием препаратов, заменяющих стандартные антибиотики, считает Маргарет Чан, гендиректор ВОЗ.

И уж совсем необычным выглядело сообщение о том, что бета-блокаторы не влияют на частоту смертности от болезней сердца и сосудов, инфарктов и инсультов! 3,5 года наблюдений за 45 тыс. пациентов (из них 22 тыс. -- больные с ИБС) показали, что в двух группах пациентов, одни из которых принимали бета-адреноблокаторы, а другие -- нет, не выявлено различий по вышеупомянутым причинам смертности (Journal of the American Medical Association). Бета- блокаторы открыты в 1950-х гг., за первый препарат Индерал (1964) его автор Джеймс Блэк был удостоен в 1988 г. Нобелевской премии. На рынок успешно выведено более 20 бета-блокаторов, по распространенности и простоте применения они могут соперничать с аспирином. Они являются традиционными препаратами для большинства сердечников и гипертоников. В 2010 г. в США выписали около 200 млн рецептов на эти препараты (в стране живет 290 млн человек). Как такое возможно? Более того, обнаружено, что регулярный прием только бета-блокаторов никак не влияет на уровень смертности пациентов от сердечных приступов (Journal of the American Geriatrics Society) и они повышают на 25% риск возникновения сахарного диабета (Journal of Heart Failure Clinics). В чем дело?

В последние 40 лет появился новый метод -- реперфузионная терапия острого инфаркта миокарда: при поступлении пациента после сердечного приступа проводится хирургическое или фармакологическое удаление тромба, блокирующего некую важную артерию. Метод позволяет быстро восстановить здоровый кровоток, устранить вред, причиняемый сердечной мышце, и резко снизить вероятность возникновения смертельно опасных нерегулярных ритмов -- фатальной аритмии. И теперь вне зависимости от приема бета-блокаторов пациенты демонстрируют очень низкую частоту последующих сердечных приступов, а смерть наступает в результате таких приступов, при которых никакие блокаторы уже не спасут. И полагают, что в ближайшее время областью применения бета-блокаторов станут только палаты и автомобили скорой помощи, а также страны с более низким уровнем доступности для населения медицины.

Оригинальные препараты

О вновь разработанных рецептурных препаратах с патентной защитой более подробно рассказано в статье (Давыдов С. A Posteriori: главное условие выживания Большой Фармы -- новые блокбастеры // Ремедиум. 2012. №7. С. 41--45). К их числу относятся также препараты для лечения орфанных заболеваний и генетические препараты.

Препараты для лечения орфанных заболеваний


Орфанные, или редкие, заболевания… А вот определение степени «редкости» зависит от страны. Заметим, что следствием этого является невозможность сравнивать численность заболевших напрямую. Косвенно -- можно, поскольку большая часть (80%) таких заболеваний -- генетическая. Болезни, не являющиеся угрожающими жизни, серьезными хроническими либо адекватно излечимыми, исключаются из определения  . Критерий -- численность затронутых данным заболевания людей и, соответственно, количество здоровых на 1 больного и количество болезней. В США это < 200 тыс. человек (1 на 1 500 человек), 7 тыс. заболеваний (это около 30 млн человек). В ЕС – 1 на 2 тыс., в Японии – 1 на 2 500. В России > 50 тыс. человек (1 на 10 тыс.), 86 заболеваний (13 тыс. человек) внесено в список Минздрава, «выявлено» 230. Как говорится, почувствуйте разницу! Совокупно редкими болезнями в ЕС болеют около 7% населения, так что это никакая не орфанная проблема. И хотя встречаемость редких болезней у различных популяций различна, можно обоснованно предположить, что количество больных орфанными заболеваниями по критериям ЕС в России при населении примерно в 143 млн человек составляет около 10 млн человек.

Для лечения 27 заболеваний есть лекарства, для этого нужно примерно 1,5 млрд долл. в год. В разработке у американских биофармацевтических компаний находятся 452 экспериментальных препарата для лечения редких недугов, в т. ч. генетических, неврологических, инфекционных и аутоиммунных заболеваний (PhRMA), причем за последние 5 лет каждый третий одобренный FDA препарат предназначен для лечения редких заболеваний.

Орфанные препараты -- самые дорогие в мире, вот примеры лидеров по стоимости годового лечения:

1.    Soliris (Alexion Pharmaceuticals) = 410 тыс. долл. Заболевание «пароксизмальная ночная гемоглобинурия», при которой во время сна происходит распад эритроцитов. Пациентов 8 тыс. (США). Соответственно, препарата продано на 300 млн долл. (2009).
2.    Elaprase = 375 тыс. долл. Заболевание: генетическое -- синдром Хантера: недостаток фермента вызывает серьезные изменения кожи и внутренних органов.
3.    Naglazyme (BioMarin Pharmaceuticals) = 365 тыс. долл. Заболевание «мукополисахаридоз 4-го типа», приводящий к тяжелым костным деформациям и поражениям сердца.

Генетические препараты


К 2013 г. курс генно-терапевтического воздействия прошло около 10 тыс. пациентов, зарегистрировано более 2 300 протоколов клинических испытаний, но лекарств создано всего 5. Первые препараты -- Gendicine и Oncorine (лечение тяжелых форм рака шеи и головы) разрешены в Китае с 2003 г. Препарат Glybera (генетическая болезнь -- липопротеинолипазная недостаточность, голландская компания www.uniqure.com) разрешен к применению в EU 9 ноября 2012 г. Дефицит фермента ЛПЛ диагностируется у 1--2 человек на миллион (несколько сотен больных в EU), стоимость лечения 1,6 млн долл. Это самый дорогой препарат в мире. Но стоимость генной терапии не превышает стоимости медицинских вмешательств, которым подвергаются пациенты с диагнозом «дефицит фермента ЛПЛ» сегодня, при этом препарат рассчитан всего лишь на однократное применение. Продолжительность действия нового препарата неизвестна, у тех пациентов, которые прошли такое лечение 5--7 лет назад, эффект сохраняется. В 2012 г. в США FDA было зарегистрировано 40 новых препаратов и вакцин, среди них тот, который назван самым важным препаратом 2012 г., -- Kalydeco (компания Vertex). Это первый препарат, напрямую влияющий на генетический дефект, вызывающий муковисцидоз. И хотя он поможет только 4% из 70 тыс. людей, для них он будет иметь огромное значение.

Генерики


Мировые расходы на оригинальные препараты в 2016 г. составят около 630 млрд долл. (+ 3--8% к уровню 2011 г.), а на генерики -- 415 млрд долл. (рост на 65--78%) (прогноз IMS Health). Генерик -- это ЛС, на действующее вещество которого истек срок патентной защиты, либо это защищенный патентами препарат, но выпускающийся по принудительной лицензии  . Генерики отличаются терапевтической эффективностью и побочными эффектами. Оригинальный препарат по определению является эталоном, превзойти который невозможно, поскольку такого объема клинических исследований никто повторно проводить не будет. Но за счет чего может снизиться качество у генерика, если действующее вещество одинаково, а препарат производится по стандартам GMP?

Первое объяснение –-- отличаются вспомогательные компоненты препарата. Например, доза одна, а лекарственные формы разные: таблетки, суспензии, капли, водорастворимые и жирорастворимые формы и т. д. Так вот, концентрация действующего вещества в живом организме может отличаться в 4--5 раз. Кстати, в США препараты признают биоэквивалентными, если отличие не превышает 20%.

Второе – изменения в технологии производства. Вспомогательные вещества влияют на свойства препарата уже в процессе его изготовления и последующего хранения, что имеет значение для терапевтической эффективности. Фармакология изучает вещество, которое уже есть в крови (на что оно действует), а фармацевтика -- то, как это вещество лучше доставить: дозировка та же, а всасывается препарат хуже. Иначе говоря, фармакодинамика генерического препарата в организме пациентов может значительно отличаться от метаболизма оригинального лекарства. И что очень важно -- определять это надо не путем расчетов, а экспериментально.

Пример: генерик-антидепрессант Budeprion XL 300 (Teva) и оригинальный препарат Wellbutrin XL 300 (GlaxoSmithKline) оказались не биоэквивалентными. Расследование началось после жалоб сотен пациентов на то, что генерик не оказывает должного действия или имеет побочные эффекты, в частности головные боли, тревожность и бессонницу. Компания-производитель генерика прекратила его поставки в США по требованию FDA. А первоначальное, как потом стало ясно ошибочное, решение FDA 2008 г. основывалось на следующем: эксперты решили, что лекарство, содержащее в 2 раза больше действующего вещества, будет вести себя в человеческом организме точно так же. Каждый из дженериков был одобрен на основании исследований биоэквивалентности, где сранивались дозировки 150 мг препарата и 150 мг Wellbutrin XL. Но непосредственно для дозировки 300 мг исследования не проводились. Вероятно, результаты исследования биоэквивалентности препарата в дозировке150 мг были экстраполированы на препарат с дозировкой 300 мг. Заметим, что Teva -- мировой лидер по производству генериков, FDA -- сильнейший в мире государственный орган, контролирующий качество препаратов. Достаточно очевидный вывод: для доказательства взаимозаменяемости препаратов должна быть установлена не только био-, но и терапевтическая эквивалентность, но это дорого и сложно. Рядом экспертов предлагается следующее: биоаналог должен доказывать свою терапевтическую эквивалентность, а химический препарат -- только биоэквивалентность.

FDA начало широкомасштабную программу по проверке качества генериков (зарубежного и американского производства), чтобы выяснить, как механизм абсорбации, неактивные фармацевтические ингредиенты и упаковка влияют на эффективность. На это выделено 20 млн долл. на срок до 2017 г. Из-за низкой терапевтической эффективности и качества изготовления продукция некоторых предприятий индийских компаний Ranbaxy и Wockhard запрещена к ввозу в США, причем Ranbaxy выплатила 500 млн долл. за нарушения производственных стандартов, предписанных FDA. Остается только с опасением гадать о том, что могут производить (без стандартов GMP) локальные генерические компании в странах, где для регистрации нового лекарственного препарата (неизученного генерика!) можно провести исследования, не соответствующие международным стандартам GRP.

Генерики в США. Акт Ваксмена -- Хетча «О ценовой конкуренции на лекарственные средства и восстановлении срока действия патентов» 1984 г. (Waxman -- Hatch Act «Drug Price Competition and Patent Term Restoration»). Все препараты должны отвечать одинаковым стандартам качества, генерики должны быть терапевтически и биологически эквивалентными соответствующим оригинальным препаратам, при этом производители биоэквивалентных генерических препаратов быстрее получат регистрацию -- «Сокращенное применение нового лекарственного средства» (Abbreviated New Drug Application). Ответственная организация -- Офис генерических препаратов FDA (Office of Generic Drugs -- OGD FDA). Следствие: жесткая конкуренция между генерическими копиями одного и того же оригинального препарата стала причиной снижения рыночной стоимости воспроизведенных ЛС. Снижение качества генериков привело к принятию акта о контроле генериков в 1992 г. (Generic Drug Enforcement Act). FDA получило право приостанавливать работу компаний, нарушивших действующие законы, регулирующие обращение ЛС. Безопасность и качество генерических препаратов -- главная тема дебатов по использованию ЛС с низким терапевтическим индексом (НTИ) -- препаратов, проявляющих терапевтический эффект лишь в относительно узком диапазоне доз. Подписанный в 1984 г. акт Ваксмена -- Хетча в США спустя 30 лет дал свои результаты. Ежегодно в США врачи выписывают примерно 4 млрд рецептов, из них 84% -- рецепты на генерики. В настоящее время генериковые компании (в отличие от производителей оригинальных ЛС) не могут вносить изменения в инструкции в случае выявления новых потенциальных побочных действий других препаратов с аналогичным МНН. По планам FDA, все производители одного и того же препарата будут осуществлять пересмотр инструкций по применению после того, как FDA одобрит пересмотренный вариант одной компании. Логично.    В 2012 г. экономия американского здравоохранения за счет генериков составила 217 млрд долл., за 10 лет (2003--2012) -- 1,2 трлн долл.

В настоящий момент в США 84% всех назначаемых врачом препаратов -- генерики (www.matrixglobaladvisors.com) Некоторые рецептурные препараты выписываются весьма большому количеству пациентов. Например, 25% американцев старше 45 лет принимают статины, снижающие холестерин и уменьшающие риск развития сердечных заболеваний. Рекомендуют принимать их в течение всей дальнейшей жизни, одновременно соблюдая низкожировую диету и занимаясь физическими упражнениями.

Федеральная торговая комиссия США ведет дело против фармкомпаний, препятствующих выходу дженериков на американский рынок (Solvay Pharmaceuticals (принадлежит AbbVie), Actavis, Paddock Laboratories (входит в Perrigo), Par Pharmaceutical Companies и Cephalon (принадлежит Teva). Дело в том, что между производителем оригинального препарата и компанией, выпускающей дженерик, заключаются соглашения о том, что последняя за определенное вознаграждение задержит запуск в продажу своего продукта. Если суд вынесет решение в пользу антимонопольного агентства, штраф будет около 1 млрд долл.

Оригинальная компания ожидает момент окончания патентной защиты с грустью и тревогой, генериковая -- с радостью и надеждой. 46% -- среднегодовой темп роста продаж генериков в 2011 г. Очень неплохо! При этом не стоит думать, что генерическое производство -- удел отдельных генерических компаний. Представители Big Pharma также готовы поучаствовать в этом процессе, если это имеет экономический смысл. Например, препарат Лантус (лечение диабета) -- один из самых продаваемых препаратов Sanofi, продажи 7 млрд долл. в год. Сразу две компании Big Pharma создают его генерики -- Eli Lilly (заключительная III фаза клинических испытаний) и Merck & Co (начинает III фазу) -- с возможным выходом генериков на рынок в 2016 г.

Россия. Доля генериков на рынке в стоимостном выражении -- примерно 65%. Генерики весьма разнообразны: например, один из распространенных препаратов -- симвастатин имеет в России 4 дозировки (5, 10, 20, 30, 40 мг), 4 типа упаковки по количеству таблеток (14, 28, 30, 84), представлен в разных комбинациях и ценах, от разных производителей. Чтобы сопоставить их экономически, нужно как минимум рассчитать стоимость действующего вещества в каждой из этих комбинаций.

Рынок за 5 лет будет ежегодно прирастать на 6% (CAGR) (табл. 2), но крайне неравномерно: для оригинальных препаратов и, соответственно, стран с превалированием оригинальных препаратов рост составит всего 1%. И напротив, согласно прогнозу, генерики будут расти на 15% и развивающиеся страны -- на 17%.

Биосимиляры (биоаналоги)

Биосимиляры (biosimilar, биоидентичные препараты, биоаналоги) -- аналоги биофармацевтических ЛС, имеющие близкую, но не идентичную исходной молекулу. Основа -- белки, полученные путем биологического синтеза в клетках дрожжей и бактерий. Биопрепаратами называются лекарства, активной субстанцией которых является вещество, полученное из биологического источника. Многие заболевания связаны с нарушением функционирования белков в организме, а лекарственные препараты на основе белков совершили настоящий прорыв: они применяются для лечения самых сложных патологий, таких как онкологические заболевания, сахарный диабет, гепатит С, рассеянный склероз, хроническая почечная недостаточность, болезнь Альцгеймера. В последнее время биопрепараты стали применять для лечения редких (орфанных) заболеваний. На фармацевтическом рынке около 30% лекарственных препаратов являются биологическими. Понимание природы изменений в клетках на уровне генов, рецепторов или метаболизма отдельных молекул и ферментов и возможность точечного воздействия на ген или рецептор позволяют создавать диагностические тесты и лекарственные препараты, избирательно действующие на молекулы-мишени.

История биосимиляров началась в 2006 г., когда компанией Sandoz был выпущен на рынок первый в мире биосимиляр. Биосимиляры, как и генерики, позволяют удешевить стоимость лечения, но в большинстве стран обязаны полностью пройти все клинические испытания, как и оригинальные биопрепараты (а это дорогостоящий процесс). Это связано с тем, что традиционные подходы к определению биоэквивалентности   для биопрепаратов не подходят, и есть мнение, что «ни одна регулирующая система в мире не берет на себя ответственность признавать биоаналоги взаимозаменяемыми» . Это связано с особыми технологиями создания биопрепаратов: это живые системы, и даже в одной компании иногда невозможно получить одинаковый продукт. Поэтому главный вопрос -- качество биоаналога. В чем же тогда экономические преимущества биосимиляров?

Первое: меньше процент неудач. При создании оригинальных биопрепаратов стоимость разработки «неудачников» ложится на плечи «удачных» -- они должны вернуть вложенные деньги. А у биоаналогов процент неудачи существенно меньше -- уже есть апробированные «биооригиналы».

Второе: срок клинических испытаний (7--8 лет) примерно в 2 раза меньше по сравнению с оригинальными биопрепаратами за счет использования ранее полученных данных об оригинальной молекуле.

Третье: классическое Me too-позиционирование с ценами на 30% ниже -- экономия на продвижении.

Четвертое: незначительное в настоящий момент число компаний, производящих биоаналоги, т. е. меньше конкурентное давление.

Пятое: значительно более высокие «входные затраты» для производства, поскольку в самой технологии производства есть много трудноконтролируемых этапов, т. к. синтез происходит внутри живых клеток. Даже незначительное изменение процесса может повлиять на характеристики конечного продукта. Сделать аналог синтетического лекарства достаточно дешево, а биосимиляры могут стоить 75--200 млн долл. В чем же преимущество? Высокий барьер входа отсекает производителей дешевых генериков.

Биопрепараты, доля мирового рынка в долл.: 2012 г. = 20% , 2018 г. = 50%. За 11 лет (2001--2011) произошли очень большие изменения:

•    количество клинических испытаний возросло с 355 до 907 (+155%),
•    объем продаж вырос c 45 до 163 млрд долл. (+363%),
•    финансирование НИОКР увеличилось с 11 до 103 млрд долл. (+936%).

Мировой рынок биоаналогов (округленно):

2010 г.: 0,234 млрд долл. (все биопрепараты -- 161 млрд долл., моноклональные антитела -- 37 млрд долл.);
2013 г.: 2,5 млрд долл. (+20%, www.visiongain.com), это около 2% мирового рынка биопрепаратов;
2015 г.: 3,7 млрд долл. (все биопрепараты -- 264 млрд долл., моноклональные антитела -- 60 млрд долл.). Понятно почему: в США и Европе к 2015 г. патентную защиту утратят биопрепараты с годовыми объемами продаж > 60 млрд долл. (www.datamonitor.com);
2016 г.: доля биоаналогов может достичь 50% (www.capgemini.com);
2010 г.: зарегистрирована первая терапевтическая, а не профилактическая онковакцина Провендж (Provenge) компании Denderon. В настоящий момент на стадии клинических исследований находятся 140 противораковых вакцин, а их объем продаж > 25 млрд долл. к 2015 г. Мало какие сегменты фармацевтического рынка могут похвастаться такими темпами роста!

Что это за группы? Моноклональные антитела, инсулины, интерфероны, препараты эритропоэтинов и филграстима, препараты соматропина и фолликулостимулирующий гормон. Наиболее динамичный рост прогнозируется у аналогов моноклональных антител и инсулинов, а наиболее привлекательны 4 препарата, каждый с годовым объемом продаж > 5 млрд долл.:

•    ритуксимаб (торговое название в России Мабтера), Roche;
•    трастузумаб (Герцептин, рак), Roche;
•    инфликсимаб (Ремикейд, ревматоидный артрит), Johnson & Johnson, Merck & Co и Mitsubishi Tanabe;
•    этанерцепт (Энбрел), Pfizer.

К 2023 г. доля аналогов моноклональных антител и инсулинов будет составлять 57% мирового рынка биоаналогов. Биоаналоги препаратов эритропоэтинов и филграстима уже доступны в ЕС, Японии и ряде других развитых стран, а вот рынок аналогов гормона роста человека будет увеличиваться наиболее медленными темпами.

Первые биоаналоги были выпущены в развивающихся странах более 20 лет назад, сейчас в Китае и Индии продаются сотни наименований биоаналогов. В «биосимилярную гонку» включаются и другие страны: Южная Корея в 2009 г. запустила государственную программу производства биопрепаратов. Цель -- стать лидером на рынке биоаналогов к 2020 г. Комитет по лекарственным препаратам для медицинского применения (CHMP) EMA рекомендовал к одобрению первые биоаналоги препарата Remicade компании Johnson & Johnson, произведенные компаниями Celltrion (Южная Корея) и Hospira. При этом не стоит полагать, что разработчики биоаналогов -- это генериковые компании: аналог Rituxan разрабатывают Pfizer и Merck & Co. Компания Roche может заменить Herceptin на новые препараты Kadcyla (трастузумаб эмтансин) и Perjeta (пертузумаб). Стремясь противостоять возможному натиску биосимиляров, Roche приняла решение увеличить производство биопрепаратов, инвестируя 877 млн долл. в 4 предприятия: 3 из них действуют в США и Германии и 1 новое -- в Базеле.

Россия. Основная причина локального производства препаратов -- высокая стоимость импортных ЛС (при этом важно не забывать, что это, как правило, обусловлено не высокой себестоимостью) и, как следствие, их недоступность для ряда больных. Ежегодно преждевременно умирают более 8 тыс. женщин с раком молочной железы, не получающих препарат трастузумаб, на 65% удовлетворен спрос на ритуксимаб, на 10% -- на бевацизумаб (Оригинальные и воспроизведенные биологические лекарственные препараты: внедрение инновационных разработок. 2013, июнь).

Рынок биопрепаратов в России (2010) существует, на нем представлены:

•    Цитокины, генно-инженерные гормоны (включая инсулин), коагулянты и терапевтические ферменты: 1,3 млрд долл.
•    Моноклональные антитела: 0,35 млрд долл. (2015 г. = 0,48 млрд долл.).
•    Вакцины: 0,35 млрд долл. (2015 г. = 0,37 млрд долл.). Всего: 2,2 млрд долл.

Программа «Биофармацевтика» будет реализована в рамках ФЦП «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности Российской Федерации на период до 2020 года и дальнейшую перспективу», утвержденной Постановлением Правительства РФ от 17 февраля 2011 г. №91 (ФЦП «Фарма-2020»): объем финансирования в 2011—2020 гг. составит 106 млрд руб. При этом в законодательстве отсутствует не только необходимый нормативный регламент, позволяющий гарантировать высокое качество таких препаратов, но и само понятие «биосимиляр».

OTC

Мировой рынок прямой фармацевтической рекламы -- 2,4 млрд долл., более 70% этой суммы пришлось на телерекламу (2011, Nielsen).

Китай. Управление по контролю качества пищевых продуктов и ЛС КНР (SFDA) намерено запретить рекламу безрецептурных лекарств в СМИ, в т. ч. по телевидению и в газетах. Ежегодно приходится рассматривать более 30 тыс. случаев нелегальной рекламы OTC-препаратов, несмотря на то что ОТС-продукция составляет всего 10--15% от общего фармрынка, что значительно меньше, чем во многих развитых странах (30--40%). Обратный тренд в США: NSURE (Nonprescription Safe Use Regulatory Expansion) -- рабочая группа по контролю безопасного применения безрецептурных препаратов FDA -- предложила перевести некоторые ЛС из группы Rx в ОТС, чтобы сделать их доступнее для потребителя и предотвратить распространение неинфекционных хронических заболеваний. Кстати, существующий порядок одобрения OTC-продукции был принят еще в 1972 г. -- более 40 лет назад. В частности, наиболее назначаемыми являются ЛС, которые применяются:

•    для снижения уровня липидов в крови + статины: 17 млрд долл.;
•    при артериальной гипертензии: 7 млрд долл.;
•    при хронической обструктивной болезни легких: 5 млрд долл.;
•    при доброкачественной гиперплазии предстательной железы: 4 млрд долл.

Соответствующий отчет «Новая инициатива FDA по переводу препаратов из группы Rx в OTC: Расширение условий безопасного использования» опубликован компанией Francesco International (информация www.thepharmaletter.com). Полезная информация есть в журнале OTC-bulletin (www.otc-bulletin.com), который выпускается в Великобритании (20 номеров в год).

Крупнейшие: Россия --50%, Польша -- 20%. Сегмент ОТС -- это примерно треть рынка России. ОТС-препараты имеют более широкий канал дистрибуции (поскольку продаются не только в аптеках), а также значительно более широкую и менее искушенную целевую аудиторию потребителей, в связи с чем основным инструментом продвижения становится реклама, большая часть которой представлена на TВ, что позволяет достичь максимально большого охвата.

В России товарная категория «Лекарства и БАД» в последние годы стала лидером в рекламе в СМИ, занимая 15,3%   (2013 г., рубли, округленно), и темпы ее роста существенно выше, чем у всех других крупных категорий, -- почти 23%. Ретейл -- 12% (+8%), косметика, гигиена -- 12% (+2%), авто- и мототранспорт -- 9% (+6%), продукты питания -- 8% (+4%). Итого первые 5 товарных категорий дают 55%. Крупнейший рекламодатель Procter & Gamble -- 3,8% (-2%), крупнейший фармацевтический -- Noivartis -- 1,7% (+26%), находится на 8-м месте. Далее в топ-10 по фармацевтическому сегменту входят «Фармстандарт», «Эвалар» (вместе с БАД), Berlin-Chemie/Menarini Group, Sanofi, Bayer AG, Johnson & Johnson, Teva, «РИА «Панда» (с БАД), и замыкает топ-10 Reckitt Benckiser Healthcare. Лидеры по группам: «Препараты для устранения симптомов кашля и боли в горле», «Обезболивающие и жаропонижающие», «Назальные препараты», «Средства от боли в мышцах и суставах», «Витамины». Лидеры по рекламным бюджетам среди препаратов   -- Эссенциале и Нурофен.

В заключение еще одна, отдельная тема -- самолечение. В России 65% населения покупают лекарственные препараты самостоятельно или по рекомендации знакомых, 43% -- по рецепту или рекомендации врача, 12% -- по рекомендации фармацевта  . Ассоциация европейской индустрии самолечения (Association Européenne des Spécialités Pharmaceutiques Grand Public, www.aesgp.eu) представляет интересы компаний, производящих безрецептурные препараты, включая травяные и БАД, а также продвигает идею ответственного самолечения. По американскому законодательству, врачи имеют право назначать своим пациентам лекарства по показаниям, по которым они не получили одобрения FDA (off-label  ), но фармацевтическим компаниям запрещено упоминать такие показания в рекламе своих препаратов. Для утверждения новых показаний уже зарегистрированных препаратов нужны клинические испытания для подтверждения эффективности, безопасности, определения дозировок. На это нужно время, а его у пациентов зачастую нет, и ждать они не хотят. В 2004 г. была создана платформа в Интернете, которая позволяет получать конфиденциальную информацию от пациентов (болезнь, методы лечения, состояние и т. п.) и помогает им общаться между собой, обсуждая лучшие методики лечения (www.patientslikeme.com).

Заключение

Доказательная медицина несовершенна и не может быть таковой -- объект исследования слишком сложен. Но деятельность, основанная на фактах и логических заключениях, позволяет не только опираться на накопленный опыт, но и приумножать его в отличие от других подходов.

Новое на современном этапе -- право пациента (потребителя) обладать доступом ко всей той информации, которой владеет и врач. А часть такой информации должна быть предъявлена потребителю (Давыдов С. A Posteriori: БАД и другие // Ремедиум. 2013. №10. С. 20--25).

Например, стоит создать полный, официальный и открытый список препаратов (разместив его на сайте Минздрава), зарегистрированных в России в качестве ЛС и не зарегистрированных в таком качестве в США и топ-5 стран Европы. Там, где возможно, следует указать причины, к примеру: не подавался на регистрацию, снят с регистрации, отказано в регистрации как ЛС, отказано в связи с наличием серьезных побочных эффектов и т. д. Открытость и доступность информации -- это первое и обязательное условие для нормального развития.

Эту и предыдущие 12 статей автора можно прочитать на сайте компании MCE:
www.mce-ama.com/Pharma-in-Russia-and-CIS.

Файл:  Загрузить


Фармацептический рынок